Экономическая дискуссия, начало которой положил осенью прошлого года нобелевский лауреат Пол Кругман, резко раскритиковавший нынешнее состояние экономической теории, ширится и становится все более забавной. А уж когда в нее решили включиться россияне, то тут началось такое веселье, что хоть святых выноси.

    
Первым рискнул Павел Пикулев – аналитик НБ «Траст» (http://www.slon.ru/blogs/pikulev/post/255785/). Он не теоретик – он практик, «скромный труженик финансовых рынков», как он сам себя охарактеризовал. Так вот, «скромный труженик» начитался откровений представителей так называемой чикагской школы – эта научная школа последние несколько десятилетий олицетворяет собой экономический мейнстрим – и решил высказаться. Мол, не могу молчать, и все такое прочее.

    
Вывела П.Пикулева из себя постоянная апелляция представителей чикагской школы к рациональности финансовых рынков. Ему, практику, это утверждение представляется сильно преувеличенным. Это, говорит он, какой-то ваш, целиком и полностью придуманный рынок, рационален. Рынок, который вы сочинили в своих «закрытых цифровых воздушных замках» (слова П.Пикулева). Если же вы, предлагает он, выглянете в окошко и посмотрите на реальный рынок, то увидите, что устроен он совсем иначе, а главное, вовсе не рационален. А далее П.Пикулев приводит множество иллюстраций для доказательства этого своего тезиса, не забывая при этом подчеркнуть, какое негативное воздействие на реальную экономику регулярно оказывает финансовый сектор.

    
Хотя главное доказательство – вот оно – это кризис, который чикагская школа просто-напросто проспала, и про который до сих пор не может внятно сказать, откуда он взялся.

    
Можно спросить, а что такого забавного в выступлении П.Пикулева? В том, что он говорит, ничего принципиально нового нет, и уж тем более для тех, кто регулярно читает наши обзоры. Забавно здесь то, что на чикагскую школу нападает «труженик финансовых рынков».

    
Ведь чем изо дня в день занимается чикагская школа? Она пытается доказать, что Павел Пикулев и тысячи, сотни тысяч, может быть даже, миллионы других подобных ему «тружеников финансовых рынков» занимаются делом, полезным для общества. И поэтому деньги, которые Павел Пикулев сотоварищи получают – это честно заработанные деньги. Пресловутая «рациональность рынка» – центральное звено в системе доказательств.

    
Если рынки рациональны – значит, труженики финансовых рынков не зря едят свой хлеб. А вот если они нерациональны – то тогда у общества могут появиться вопросы: с какой такой стати тысячи и миллионы людей получают вознаграждение, ничего не отдавая обществу взамен.

    
Можно только посочувствовать представителям академической экономической науки. Задача перед ними стоит непростая. Доказывать рациональность рынков, особенно с учетом того, что на этих рынках регулярно вытворяют «скромные труженики», непросто. Приходится постоянно напрягать фантазию, разрабатывать все более сложные и сложные математические модели, увиливать от ответов на простые и ясные вопросы.

    
И где благодарность? Мало того, что свои же товарищи регулярно предают, те же Кругманы или Стиглицы, которых и хотелось бы обвинить в том, что они не понимают математики, да не получается. Так еще и те, ради которых все это делается, всякие там павлы пикулевы, вдруг встают в позу и начинают доказывать, что они, «труженики финансовых рынков», не только не приносят обществу никакой пользы, но еще и вредят ему, где только могут.

    
Одним словом, Россия в лице П.Пикулева в очередной раз показала, что она не входит в число цивилизованных наций. На Западе ведь как устроено: труженики финансовых рынков получают свои деньги и молчат в тряпочку. Экономисты доказывают, что все устроено наилучшим образом – и получают за это свои деньги. И полная гармония. Есть, правда, Сорос, но на него уже давно никто не обращает внимания, а кроме того, он же тоже выходец из неблагонадежной части Европы. А в дикой России ради красного словца любой способен предать свои же собственные классовые (кому не нравится слово «классовые», может подставить слово «групповые») интересы, да еще пнуть походя тех, кто денно и нощно эти самые интересы защищает.

    
А главное, что с этими пикулевыми делать? Очень хочется послать куда подальше, но – нельзя. Экономисты – они, конечно, теоретики, и «ботаниками», когда надо, могут прикинуться, но они-то хорошо понимают, на чьи деньги живут. Вот и приходится Борису Грозовскому в его ответе Павлу Пикулеву (http://slon.ru/blogs/grozovsky/post/257076/) успокаивать последнего как чересчур расшалившееся, но все равно любимое дитя.

    
Начинает он с похвалы, с рекомендации перепечатать заметку Пикалева во всех ведущих американских изданиях, в которых ведется полемика между экономистами. Зачем? Ну, нельзя же сразу дубиной. Тут надо осторожно, мягко. Сначала похвалить, а потом объяснить ненавязчиво, что оппонент ничего не понимает в той «прекрасной конструкции», которую создала чикагская школа для обоснования права разных там пикулевых на долю в общественном продукте.

    
Конструкция же эта настолько прекрасна и совершенна, что стоит постороннему человеку глянуть на нее одним глазком, как она сразу же предстает перед ним в виде своего вульгарного подобия. И тогда этот посторонний человек может начать делать ошибочные выводы. А потому не надо ни смотреть на эту конструкцию, ни обсуждать ее, не будучи допущенным в число ее жрецов, ни, тем более, трогать ее своими грязными лапами. Надо просто верить в ее совершенство – как верит Борис Грозовский. Он, правда, не может объяснить нам, в чем именно заключается ее совершенство, но только потому, что как только он начнет нам что-то объяснять, как тут же произойдет акт вульгаризации, а это недопустимо.

    
Впрочем, у Бориса Грозовского всегда есть про запас неубиваемый аргумент. Звучит он следующим образом: конструкция чикагской школы прекрасна, потому что Пол Кругман плох. А что, очень убедительно.

    
P.S. Диалог Павла Пикулева и Бориса Грозовского произошел еще в начале февраля. Вспомнили же мы о нем потому, что затронутая в нем тема на прошлой неделе вновь всплыла, причем уже не в России.

    
МВФ опубликовал доклад о новой макроэкономической политике (http://slon.ru/articles/272338/, http://slon.ru/articles/272707/), в котором пришел к тем же самым выводам, что и П.Пикулев. Формулировки несколько иные: в докладе ставится под сомнение утверждение, что цены активов зависят от фундаментальных факторов, то есть представляют собой дисконтированную стоимость будущих доходов от актива с поправкой на риск. На самом деле, это просто другая формулировка утверждения о рациональности рынков.

    
В качестве же вывода МВФ рекомендует повысить допустимый уровень инфляции, что формально вполне логично: если мы признаем наличие в экономике устойчивого отклонения от равновесия, то хорошо бы попробовать скомпенсировать его за счет другого устойчивого (рукотворного) отклонения. На это предложение МВФ все сразу и накинулись с критикой разной степени жесткости.

    
При этом никому не пришло в голову, что если МВФ прав в своих предположениях, то самым логичным выходом было бы лишение «тружеников финансовых рынков» возможности получать незаработанные доходы и заодно гадить мировой экономике путем регулярного надувания пузырей. МВФ такой шаг предложить не решился, а предложил, по его мнению, такой выход, при котором и волки были бы сыты, и овцы …, ну, скажем так, чувствовали бы себя немного более защищенными. То есть МВФ делает все возможное, чтобы не допустить революции.

    
А вот что делают те, кто критикует предложение МВФ?

    
Словом, «прекрасная конструкция» трещит по всем швам.